Как же меня "трясло" на школьных выступлениях, на выпускном, на вступительных экзаменах, на сессиях и на собеседованиях.
Руки мокрые, голос то пропадает, то срывается на писк.
Ничего не спасало!
Ни настой мяты на ночь, ни ромашка вместо кофе с утра, ни дыхательная гимнастика.
Много лет я прожила в постоянном жаре-холоде от зашкаливающего волнения.
А теперь я не волнуюсь. Совсем. Никогда.
Что такое волнение?
Я попросту увидела, что такое волнение, и разобралась, зачем я переживаю.
Если я точно знаю, что на экзамене меня спросят, сколько будет дважды два, и правильным ответом окажется «четыре», я спокойна.
Проще говоря, тревожность появляется от неизвестности.
Стоит студенту-отличнику не выучить один из ста билетов, и бедняга будет красочно представлять, как вытаскивает именно его.
Так устроена наша психика. Человеческий мозг не в состоянии существовать в тотальной неясности.
Чтобы от нее избавиться, он готов придумать худшее и тут же в него поверить: бояться страшного гораздо легче, чем вообще не знать, что случится. А уж почему мы с такой готовностью выбираем из множества вариантов самый плохой — вопрос личной осознанности и мудрости.
Какой из вас предсказатель? Смею предположить, что плохонький.
А сколько раз удивлялись неожиданной развязке? Все ваши «я так и знал» — не что иное, как совпадение. С тем же успехом вы могли бы случайно предречь другой вариант развития событий.
Я голосую за выбор предрекаемого. За то, чтобы представлять как можно больше хорошего и приятного, а не мрачного и нежелательного.
Всё равно случится то, что случится, и пока вы просто ждете, вы вынуждены бездействовать и не можете повлиять на исход.
В ваших силах воображать не картинки катастроф, а радостные фотокарточки, на которых запечатлены моменты удачи, везения и прекрасных достижений.
Волнение питается энергией
Самое противное, что тревога забирает почти все наши ресурсы.
Не знаю, как вы, а я, когда нервничала, едва могла есть и спать. Об учебе, работе, даже о чтении и любом другом отдыхе можно было забыть — моих сил хватало только на беспокойство.
Я нашла чудный способ снизить накал своего смятения. Я отправляла весь ментально-эмоциональный бунт в бег и физическую разрядку. Иногда мне хватало стремительной пробежки вокруг дома. В другой раз я схватила дочкину скакалку и прыгала до тех пор, пока не рухнула от усталости. Зато все переживания ушли в обессилевшие ноги.
Понимание о вреде волнения
Стало понимание, что тревога делает меня больной.
Когда я волнуюсь, я напряжена и дергаюсь, у меня пропадает аппетит и сбивается сон, колотится сердце и взлетает давление. Еще и голова может заболеть. После дня тревоги приходится двое суток отлеживаться.
При этом я смотрю на свою шестилетнюю дочку. Она не знает, что такое беспокойство! Даже если ей предстоит поход к стоматологу и отвратительное сверление зуба, она боится только три минуты перед самым кабинетом. Все остальное время ей есть чем заняться: она радуется распустившимся цветам, бегает за бабочками, знакомится с детьми на улицах, гоняет на самокате, гладит магазинного котенка, ходит за мной с требованиями почитать и поиграть. Ест за троих и спит, как младенец. Она здорова и не страдает никакими нервными расстройствами.
Когда я связала умение ловить каждую мелкую радость и физическое здоровье, я решила, что буду учиться у детей. В них встроено стремление не болеть, они запрограммированы на быстрое восстановление и мгновенное забывание любых неприятностей.
Призыв мудрецов «Будьте как дети!» обрел, наконец, понятное содержание.
Беспокоит ли меня что-то, что беспокоило в прошлом году?
Когда я поняла, что за год мои поводы для тревоги и расстройства изменились очень много раз, я засмеялась. Все, о чем я переживала двенадцать месяцев назад, оказалось не более чем эпизодами, едва стоившими внимания.
Я осознала, что вся моя тревога возникала по одной-единственной причине: я хотела все контролировать.
Я могла быть спокойной, только если прочно держала в руках каждый аспект своей многосторонней жизни. Поэтому я никогда не была умиротворенной и безмятежной — я слишком много волновалась.
Я отпустила вожжи. Я решила, что больше не хочу, чтобы каждое мое «сейчас» было зудящим страхом перед тем, что еще не случилось.
В тот момент я поняла: я знаю, что такое счастье.
Комментариев нет:
Отправить комментарий